Страх как жизненный вызов

Я в своей работе условно разделяю проблемы, с которыми ко мне обращаются на два вида: проблемы "образа жизни" и проблемы "вызова жизни". Например, девушка приходит за советами психолога, как пережить расставание с любимым. В процессе работы, выясняется, что она строит отношения с молодыми людьми определенным образом и каждый раз они её бросают - это проблема "образа жизни", то есть то, как она устраивает свою жизнь, приводит её к подобным историям. Грубо говоря, например, она выбирает самых симпатичных, но эгоистов. Другая проблема, когда человек вдруг заболевает, например, онкологией. Это вызов. Теперь ему необходимо пересмотреть свою жизнь, найти новые ориентиры.

 

Но есть такие ситуации, где оба вида проблем тесно переплетены. Например, человек попал в аварию или подвергся какой-нибудь другой серьезной опасности. То есть, пережил то, что можно назвать "столкновением со смертью". Очень часто это требует ответов на вопрос о смерти в жизни вообще. Но ответов не рациональных, от ума, а жизненных, переживательных. Если этой стороной не заниматься, то страх перестаёт быть управляемым и распространяется на другие сферы жизни. И это скорее относится к "вызову жизни". Но есть и более глубокая часть проблемы.

 

Очень часто такие ситуации совпадают с нашим глубоким внутренним самоощущением себя и своей жизни. И это самоощущение формируется в отношениях с близкими. Например, есть такое выражение "не чувствую опоры". Эту фразу можно перенести на внутренний мир: не чувствую опоры в себе, в отношениях, в жизни, в близких. Но если человек игнорирует это своё внутреннее самочувствие, особенно это бывает, когда внешне всё хорошо, то подобные ситуации вроде аварии или какого-то подобного события как бы "используются" нами неосознанно, как способ выразить эту внутреннюю неудовлетворённость жизнью. А если мы снова это игнорируем, то страх усиливается, запирает дома, как бы говоря: "вернись к самому себе, остановись, подумай, как ты живёшь". Это такая символическая роль страха. У него всегда есть конкретное содержание.

 

 

Поэтому работа с такой проблемой для меня - это тщательный пересмотр своего "образа жизни". Причём это, конечно, не интеллектуальный "пересмотр", а поиск внутренних "болевых моментов" в живом разговоре. Например, наш разговор часто приводит к тому, что этот страх может возникнуть прямо у меня в кабинете, и тогда удаётся понять его внутренний смысл: в какой момент он возник? О чём мы говорили? Что мы делали в этот момент? И т.д. Постепенно мы раскрываем смысл этого страха, и обнаруживаем не точки напряжения внутренней жизни, которые требуют пересмотра и изменений.